— Возьмите его, уроды! — заорал гнусавый где-то в дыму.

— Такая неразбериха по мне! — коротко хохотнул он.

Между ним и концом коридора была еще одна ниша в стене. Использовать ее, как укрытие, или бежать дальше? Шаги приближались, и он решил бежать до конца. Над ухом проревел разряд. Он снова упал, затем вскочил на ноги, рванулся в правую сторону Т-образной развилки…

И оказался в тупике.

Нет ему отсюда выхода, так сказал гнусавый. По коридору грохотали башмаки, слышались яростные вопли. Он с отчаянием озирался по сторонам. Стены, потолок, пол — никакого выхода.

«Здесь же должен быть сквозной коридор! — отчаянно билось в мозгу. Но тут пришла другая мысль. — Тебя привели сюда, дружок. Загнали, как бычка в стойло. Все это с самого начала было запланированной ловушкой. Ты связался с кем-то куда более опасным, чем шайка убийц. Сколько же этот некто должен был ждать, пока ты просчитаешься и вляпаешься в эту историю? Более того, кто же на этой станции знает все твои мысли наперед, знает еще до того, как ты сам для себя их продумаешь?»

Времени у него оставалось чуть-чуть, ровно столько, чтобы успеть вспомнить о своих записях, о тщательно отобранной информации, которая так и не попадет по назначению. Кроме него никто не знает, где она спрятана. Пропали все труды последних месяцев.

Из-за угла появилась голова. Он тут же сжег ее и половину следующего визитера. Заряды были на исходе. По коридору засверкали лучи разрядников, но целились явно не в него. Загорелись и задымили панели по стенам, пузырями вспучилась краска, удушливый дым заклубился вокруг. Что они делают? Ведь нельзя дышать этой мерзостью и оставаться в живых! Он забился в мучительном приступе кашля. Легкие горели огнем. В тот момент, когда он инстинктивно прикрыл глаза, кто-то подскочил к нему и выбил из рук Уэбли.

Они стояли над ним угрюмой толпой. Он увидел фильтры и маски и понял, что все было спланировано безупречно, и еще раз подумал о том, что они знают о нем все. Значит, им известно и место, где он прячет свои записи.